desyateryk (d_desyateryk) wrote in kinoclub,
desyateryk
d_desyateryk
kinoclub

4 месяца, 3 недели и 2 дня + Калифорнийская мечта/4 luni, 3 saptamani si 2 zile+California Dreamin`

Новая волна: сделано в Румынии

Когда великого французского драматурга румынского происхождения Ежена Ионеско спросили об искусстве на его исторической родине, он усомнился в его существовании. И действительно, в культурном отношении Румыния — сплошная терра инкогнита; кроме Ионеско, мировая литература еще знает основателя дадаизма, гениального скандалиста Тристана Тзара. Что же касается кино, то здесь разве что промелькнет в памяти цикл приключенческих лент о мужественном комиссаре Микловане, известный в советские времена. И вот — нечто близкое к сенсации. В этом году на Каннах «Золотую пальмовую ветвь» отдали румынскому фильму «4 месяца, 3 недели и 2 дня» (режиссер — Кристиан Мунгиу); он также является претендентом на «Оскар» в категории «лучший иностранный фильм». На успех у украинских киноманов может также претендовать “Калифорнийская мечта” Кристиана Немеску. Собственно, эти две ленты и есть наиболее показательными, учитывая румынский кинофеномен.

Просто и страшно

Один из современных румынских режиссеров сказал, что зритель должен выходить из зала смеясь, но с ощущением того, что живет в кошмаре. «4 месяца...» во многом отвечают этой концепции. Это история одного дня 1987 года, а героинями ее являются две румынские подружки-студентки, одна из которых вынуждена сделать подпольный аборт — за чаушесковским законом 1966 года, такие операции в стране были официально запрещены.
Начав с утра в общежитии, Мунгиу не пропускает ни малейшей детали, описывает весь тот нищий быт с его подпольными сигаретами, домашними шлепанцами, почасовой горячей водой. Он проводит главных героинь по всем этажам общества, и нигде не найти убежища. Фактически девушки всюду являются непрошеными гостями — в отелях, где вечно нет мест, в собственном общежитии, в домах привилегированных родителей их любовников. Но режиссер избегает разоблачительной позы, филиппик в адрес проклятого режима — в этой реальности люди просто так живут, это для них обычная среда существования. Здесь полностью отменена любая личная жизнь, вместе с тем переступить закон является нормой — но и само понятие нормы кажется полностью утраченным. На самом деле у этого образа действительности столько же общего с Румынией Чаушеску, как и с любой бедной местностью Европы. Более того, Мунгиу удается — постепенно, незаметно для зрителя — создать атмосферу кошмара, хмурого и убедительного сновидения. Не в последнюю очередь благодаря самобытной манере съемки, применяя ручную камеру с невиданным уровнем свободы (оператор – Олег Муту). Изображение то взрывается какими-то невероятными судорогами, то застывает в вялом галлюцинозе, или начинает неровно дрожать, снова параноидально метаться. В фильме есть просто впечатляющие моменты, например, долгое путешествие одной из девушек по ночному городу с мертвым эмбрионом в сумке — камера создает настолько мощное впечатление хаотичного бега, контрасты черных теней и вспышек электричества так бьют по нервам, что страх героини ощущаешь почти физически. Такой сцены тревоги и страха в европейском кинематографе последних лет видеть еще не приходилось. В целом, визуальное мастерство плюс идеальное ощущение ритма у режиссера делают фильм ко всему еще и очень динамичным, увлекательным.
Вся эта история маленького убийства рассказана полностью от начала и до конца. Это завершенная драма — что важно, драма высокая, несмотря на подчеркнуто будничную фактуру. И свои награды она заслужила.

Мечта о свободе

О Немеску украинские киноманы узнали еще в прошлом году — его полная юмора и горечи среднеметражная лента «Марилена П7» о неразделенной любви подростка к проститутке Марилене получила приз на прошлогоднем фестивале «Молодость». Режиссер, которому не исполнилось и 30, за наградой так и не приехал — накануне фестиваля он трагически погиб в автомобильной аварии. Поэтому его (перенеси - ДД)первым и последним полнометражным произведением стала «Калифорнийская мечта».
Время действия - пять летних дней из жизни провинциального городка, в котором застрял целый эшелон с американскими военными, остановленный упрямым станционным смотрителем, неким Дояру (Разван Василеску). Этот Дояру — настоящий разбойник: останавливает и облагает данью все поезда, проходящие через его станцию. Грабя эшелоны с сырьем и готовой продукцией, ему удалось даже разорить соседнюю фабрику, которую он мечтал купить. Ни одна власть ему не указ, правительства он не боится, так как знает, что заменить его на этой работе просто некем. Тем не менее, инцидент с поездом НАТО, на самом деле, - идеологического свойства: вояки едут в Югославию, которую бомбят США, а Дояру это очень не нравится.
Вынужденный простой приводит к возмущению тихой провинциальной жизни, к противоречивым отношениям притяжения-отталкивания весьма разных людей. В отличие от Мунгиу, который более склонен экспериментировать с изображением, со зрелищной материей фильма, Немеску делает акцент на выпуклых характерах, ярких актерских роботах. Он мастерски проводит сразу несколько линий конфликтов, переплетенных с влечением к Другому (Другим): между дочерью Дояру, красавицей Моникой (Мария Динулеску) и молодым сержантом Дэвидом (Джеми Элман), между Моникой и влюбленным в нее местным парнем Андреем (Александр Маргинеану), между Дояру и командующим эшелона, капитаном Дугом Джонсом (голливудский мастер эпизодов Арманд Ассанте) и, опять-таки, между упрямым железнодорожником и общиной городка, возглавляемой мэром. Все роли, вплоть до второстепенных, запоминаются, — в каждой есть свой набор неповторимых черт. Роскошный трагикомический дуэт создают Ассанте и Василеску: простой американский воин против совсем не простого румынского мужика. Понятно, что в этой войне характеров и темпераментов каждый ведет свой бой: мэр города, хотя и коррумпированный взятками от Дояру, мечтает во что бы то ни стало от него избавиться; Моника стремится вырваться из провинциального тупика; Дэвида игнорирует далекая американская подружка; ну а капитану, само собой, надо попасть к месту назначения. А начало истории Дояру вообще достигает времен Второй мировой, когда его, еще малого ребенка, разлучили с семьей; обещали, что это временно, что вот-вот придут американцы-освободители — но этого так и не произошло.
Фильм сделан мастерски во всех компонентах: Немеску умеет ставить действительно смешные сцены, прекрасно работает с актерами. Что же касается манеры съемки, то здесь тоже работают ручной камерой (оператор — Ливиу Маргхидан), но более сдержанно; а впрочем, этого едва заметного дрожания хватает, чтобы насытить более чем двухчасовую ленту необходимой динамикой. Немеску не забывает и о драматургической стороне — доведя напряжение в сюжете до предельной черты, обрушивает на зал феерическую развязку с эффектно поставленными уличными боями и салютом в придачу; камера в этом эпизоде танцует такую бешеную джигу, что дух захватывает.
Но в любом случае, бунт — это лишь проявление желания, которому в большей или меньшей мере покорны все герои фильма. Ведь «California Dreamin`» — это еще и песня, которой взрывается финал картины, это хит культовой группы 1960-х The Mamas and The Papas, один из музыкальных символов эпохи хиппи, когда общий порыв к свободе был как никогда сильным. Собственно, фильм Немеску именно о том, что объединяет даже врагов, — о свободе, которой, как известно, никогда не бывает мало и за которую иногда приходится платить слишком высокую цену.

Дмитрий Десятерик
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments