Маэлгон (maelgon) wrote in kinoclub,
Маэлгон
maelgon
kinoclub

Category:

“Враг мой” | “Enemy Mine” (1985)

Коль уж вспоминать былые творческие удачи Вольфганга Петерсена, то нельзя обойти молчанием и ещё один фильм, снятый им через год после того, как Бесконечная история начала своё триумфальное шествие по киноэкранам.

“Враг мой” | “Enemy Mine” (1985)
Режиссёр: Вольфганг Петерсен
Сценарист: Эвард Кхмара
В ролях: Деннис Куэйд, Луи Госсетт-младший, Брайан Джеймс, Ричард Маркус
Композитор: Морис Жарр
По одноимённой повести Барри Лонгиера
  • Страница фильма на IMDB

    В далёком будущем люди в глубинах космоса ведут кровопролитную войну с расой драков - похожих на рептилий инопланетян. Пилот Уиллис Дэвидж (Деннис Куэйд) сбивает над гористой планетой вражеский корабль, однако и сам терпит крушение. Спасшись после аварии, Дэвидж вскоре выясняет, что сбитый им неприятель также остался в цел. Теперь, чтобы выжить, человеку и драку по имени Джерриба Шиган (Луи Госсетт) придётся научиться мирному сосуществованию и забыть о вражде. Более того: Дэвиджу вскоре предстоит стать приёмным отцом для сына Джерибы.

    Впервые задумка будущего сюжета появилась у Барри Лонгиера в 1978 году, когда он страдал от февральских морозов штата Мэн. Первоначально это была история о выживании в экстремальных условиях, главным героем Лонгиеру виделся ребёнок, которому кто-то должен был помочь в решение многочисленных проблем окружающего мира. Спустя полгода писатель вернулся к черновику и приступил к работе над произведением, в считанные часы придумав образ инопланетянина, который на своём примере учит человека быть человечным и преподаёт тому ряд уроков морали. Лонгиер так проникся духом создаваемого им мира, что даже прослезился, когда Джеррибе пришло время умирать.
    Повесть, изначально мыслившаяся текстом на 5 тысяч слов максимум, получилась в итоге примерно раза в три больше, а первым, кто отозвался о ней одобрительно, был ни кто иной как Айзек Азимов. И в сентябре того же 1978 года “Враг мой” увидел свет в “Isaac Asimov's Science-Fiction Magazine”. Произведение пользовалось бурным успехом у читателей и заслужило так называемый “золотой дубль” фантастики – премий “Хьюго” и “Небьюла” (забавно, что Лонгиер несколько неделями ранее написал в комитет, присуждающий “Небьюлу”, письмо с достаточно злой критикой). Кроме того, сам Барри был выдвинут на премию Джона Кэмпбелла лучшему начинающему автору.

    Через некоторое время, когда Лонгиер начал работу над романом-продолжением, ему поступило предложение об экранизации “Врага”. Продюсеры посчитали, что фильм выйдет не слишком затратным, ведь можно обойтись без особых расходов на спецэффекты, сделав основной упор на развитие характеров.
    Так оно и получилось: по прошествии двух десятков лет зрелищная составляющая ленты “Враг мой” сведена практически на нет, на порядок проигрывает вышедшим на 8 лет раньше “Звёздным войнам”, да и “Звёздному пути” (1979) уступает. Однако есть здесь то, что с лихвой окупает невзрачность космических сражений – фильм вышел очень добрым и душевным, а моральные ценности, которые в последнее время в кинематографе проповедуют зрителю чуть ли не насильственным образом, преподносятся мягко и ненавязчиво. И переход от слепой вражды к чужаку и агрессивности Дэвиджа к пониманию совсем иных созданий не вызывает отторжения.

    Между тем самому Лонгиеру киновоплощение его повести пришлось не слишком по вкусу: “Мне не нравилось, как снимается фильм, хотя игра Дэниса Куэйда и Лу Госсетта была выше всяких похвал. Да, в кино есть моменты, когда изобретенные мной персонажи произносят придуманные мной слова, позволяющие предположить, насколько хорош мог бы быть фильм; но в сослагательном наклонении маловато проку. И все же очень многие любители фантастики утверждают, что "Враг мой" - чуть ли не их любимый фильм. Возможно, проблема с картиной - моя собственная, мало относящаяся к самому фильму”.

    “Враг мой” не стал кассовым хитом, собрав в американском прокате всего 12 миллионов долларов (для сравнения – тот же “Звёздный путь” почти такую же прибыль принёс уже в первый уикэнд). Но вот в советском прокате, куда фильм попал на заре перестройки, лента пользовалась большой популярностью. Один из русских преподавателей в Чикагском университете даже рассказывал Лонгиеру сколько денег и нервов ему стоило раздобыть кассету с фильмом и с трудом привезти её в Росиию – где “Враг мой” вышел на экраны спустя пару недель.

    Первоначально планировалось, что в режиссёрское кресло сядет Терри Гиллиам, однако тот предпочёл работу над другим творением – антиутопией “Бразилия”, так что в итоге зрители остались в выигрыше, получив два отличных фильма вместо одного. Затем рассматривалась кандидатура Дэвида Линча (интересно, что бы получилось в этом случае?), и вот к съёмкам приступил Ричард Лонкрейн. Работа над фильмом велась в Исландии, однако в разгаре деятельности между студией и творческим коллективом возникли разногласия (из-за бюджета и продолжительности работ), и Лонкрейн с проекта ушёл.
    В итоге, процесс создания лёг на плечи Вольфганга Петерсена, уже прославившегося военной драмой “Лодка” (1981) и отметившегося в сопредельном жанре фэнтези экранизацией произведения Михаэля Энде “Бесконечная история” (1984). “Враг мой” стал первым американским фильмом Петерсена, та же “Бесконечная история” целиком была создана силами Германии, хотя и при поддержке мастеров спецэффектов из Штатов.
    Вольфгангу пришлось начать работу сначала и переснимать картину заново; на этот раз для натурных съёмок был выбран Ланзарот, один из Канарских островов (так что все горные пейзажи с лавой на самом деле можно увидеть в национальном парке Ланзарота). Павильонные же съёмки проходили в Мюнхенской студии “Bavaria Film”. Между прочим пруд, около которого впервые встречаются Дэвидж и Джерриба, своего рода актёр со стажем – он уже был задействован в “Лодке” и “Бесконечной истории”.

    К сожалению, последующий творческий путь Петерсена в Голливуде не отличался стабильностью; хотелось бы надеяться на то, что при работе над следующей картиной – экранизацией ещё одного знаменитого фантастического произведения, “Игра Эндера” Орсона Скотт Карда, - Петерсен всё-таки будет апеллировать к опыту прошлых лет и не столь самозабвенно играться со спецэффектами, так как они хоть и приятны глазу, однако имеют обыкновение стремительно устаревать со временем, в отличие от чувств.

  • Subscribe

    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your reply will be screened

    • 19 comments