desyateryk (d_desyateryk) wrote in kinoclub,
desyateryk
d_desyateryk
kinoclub

Страница из чужих мемуаров

Страница из чужих мемуаров
("Оранжевое небо")
Бывают в кинематографии такие неудобные ситуации, когда количество важнее качества, а контекст важнее самого события. И это в полной мере касается первого отечественного фильма о незабываемых событиях 2004 года «Оранжевое небо». Ведь мне, как, по-видимому, и большинству зрителей, сложно дистанцироваться от тех событий. Кроме того, «Небо» — первый отечественный фильм за годы независимости, выходящий в широкий прокат. Так что просто радоваться нужно...
Однако - попробуем отстраниться и проанализировать.
Для показа масштабных общественных событий существует стандартный, обкатанный сюжетный прием, и режиссер Александр Кириенко, сценаристы Юрий Бутусов и Светлана Рудзинская выбрали его: большая история через историю любовную. Сын киевского губернатора Задухи, Марк, влюбляется в активистку «Поры» Иванну и оказывается в эпицентре революции. Любовь, в конце концов, побеждает, свобода — тоже.
Следовательно, от ленты можно ожидать именно этого — погружения в атмосферу тех дней, эпизодов, преисполненных любовного неистовства, ярких конфликтов поколений, интересных типажей второго плана, а также — что всегда подкупает зрителя — узнаваемых украинских, киевских реалий.
Что касается последнего, то создается такое впечатление, что авторы картины сознательно этого избегают. То есть революционная столица показана без особого внимания, ее улицы, сами по себе вошедшие в историю как подмостки революционного действа, — в «Оранжевом небе» фактически проигнорированы. Даже когда герои собираются ехать на Подол — направляются совсем в другое место. И Майдана как такового тоже нет — лишь какая-то массовка на обобщенно городской, невыразительной территории. Очень показательной в этом смысле является сцена, когда Задуха-старший (Николай Чиндяйкин) и его приятель, начальник милиции (актер Киевского театра на левом берегу Олег Масленников), закусывая коньяк «Украина» апельсинами, обсуждают ситуацию в стране и свое неопределенное будущее прямо под памятником Ленину, который в кадре присутствует лишь постаментом. А ведь нужно было всего лишь поднять объектив немного выше и получился бы иронический эпизод о наших «вечно вчерашних». Ан нет. Хорошая возможность была потеряна.
Впрочем, к операторской работе (Улугбек Хамраев) есть и иные претензии. Массовые, уличные сцены иногда еще напоминают позднеперестроечное кино, местами — современное телевидение; а стоит персонажам оказаться в помещении, как на их лица ложится густая, непроницаемая тень. Даже на крупном плане. То есть человек что-то говорит, участвует в сюжете — а лица не видно. А если и видно, то все равно что-то не так — то ли с цветом кожи, то ли обильный пот на лбу. Короче говоря, плохой грим: для такого, с претензией на коммерческий успех, кинофильма, это очень существенный изъян.
Увы, проблемы с актерами на этом не заканчиваются. Почти все женские и молодежные роли (что особенно досадно, учитывая заявленную любовную линию) очень слабы. Не является исключением и исполнительница Иванны — Лидия Оболенская. Поэтому рассыпаются, выглядят наигранно, неестественно большинство сцен, требующих интенсивных, эмоциональных проявлений, — начиная от ссор и заканчивая единственным эпизодом, который с натяжкой можно назвать эротическим. Даже удивительно: неужели в отечественной кино-театральной среде не смогли найти нескольких пусть неизвестных, но убедительных талантов? Или, может, не работали как следует с теми, кого нашли? Просто порой создается впечатление, что исполнители действуют наугад, пользуясь определенными штампами игры, имеющимися у каждого актера как часть его опыта. Именно благодаря своему активному телесериальному настоящему иногда удовлетворительно выглядит россиянин Александр Лимраев в роли Марка. Собственные штампы и узнаваемый образ спасают и игру Чиндяйкина; Масленников тоже опытный актер, но милиционер — явно не его типаж.
А вот безусловный успех, очень точный выбор — это актер Киевского молодого театра Алексей Вертинский в роли бывалого революционного дядьки Валерьяныча. Вот кто играет так играет, вот кто действительно заметен и адекватен! Нужно просто видеть этот роскошный актерский инструментарий в действии, все эти гримаски, жесты, интонации, все нюансы перевоплощения! Каждое его появление — отдельный фильм в фильме. И если ощущается радостный революционный порыв в «Оранжевом небе», то только благодаря Вертинскому...
В чем нельзя упрекнуть авторов фильма, так это в неискренности намерений. Конечно, конъюнктурный расчет имелся, но, по крайней мере, не чувствовался в фильме. До определенного момента. До появления в кадре Александра Мороза. Который играет сам себя. Говорит высокопарные фразы о свободе, о гибели Гонгадзе, зажигает свечу. Может, кто-нибудь этот эпизод воспримет как комичный; лично мне почему-то от этих нескольких экранных минут не по себе. Дело не только в том, что художественно это — абсолютный «фальшак». Просто вот такой выход известного политика «богом из машины» срабатывает диаметрально противоположно замыслу постановщиков — лишним напоминанием о том, как наши власть предержащие во чтобы то ни стало пытаются растянуть по кусочкам, приватизировать и выгодно перепродать ту нашу общую радость и тревогу, то есть поступить так, как они всегда привыкли поступать с тем, что им никоим образом не принадлежит. Есть все же определенные границы, которые переступать не следует.
Итог несколько парадоксальный: сплошным провалом «Оранжевое небо» не назовешь, сенсацией — тоже. Скорее, очередное воспоминание о той безумной осени. При тех обстоятельствах, которые имеем ныне - могло ли быть иначе?

(с)Дмитрий Десятерик
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments