Алексей Сашин (lechat) wrote in kinoclub,
Алексей Сашин
lechat
kinoclub

«ЗАЩИТНИК СЕДОВ» ЕВГЕНИЯ ЦЫМБАЛА

«ЗАЩИТНИК СЕДОВ» ЕВГЕНИЯ ЦЫМБАЛА

Надежда. Теплое, как вода в луже, слово. Только оно заставляет действовать. Когда сил уже нет, надежда сбивает вместе трех женщин с черными глазами, ведет их в Москву искать помощи. Конец тридцатых, мужья в тюрьме и скоро расстрел. На кого надеяться? На Бога? На чудо? Пусто кругом. Только глупая надежда на то, что где-то там, далеко, в Москве, есть защитник. Один. Настоящий.
Седов немолод, смешон. Но он – защитник. В смысле – защищающий. Перед ним три женщины и фотография детей. Ну, какая может быть внутренняя борьба! Он еще ничего не ответил, но его жена – женщина, в глазах которой есть всё – понимает, что решение принято.
Седов борется с врагом явным, внешним. Со смертью. Борется за четырех невинных, за их жен-полувдов, за детей с фотографий. За собственную совесть, в конце концов.
Но, превращаемая в сказку, жизнь играет с Седовым жуткую шутку. И дело - много богатырей пробовали убить дракона. Все, как один - нашли смерть. Но он, Седов, он – чистый, белый, настоящий. Благородный и так далее. Он – нелепыми криками, уговорами, разговорами, «ожиданием в коридоре», катаньем, мытьем – прорубается, одерживая победу!
Но, оказывается, что теперь и он посерел. Он глядит в зеркало и видит дракона. Получилось, что душа, которую Седов пронес сквозь годы, не расплескав, - заражена, отравлена. Чистая совесть превращена в рябую, драгоценная честность обернулась предательством.
В этом в фильме не случайна зима, по-моему. Белый цвет заснеженного города подчеркивает серую безликость людей. Они как деревянные чурки среди двора под дождем.
Смерть играет с людьми или жизнь? Жизнь вырывает у смерти четверых, взамен отдав много больше. На смену трем женщинам-женам смертников - заступят другие, и их глаза будут черными. Четверых ребят одного из агрономов, сменят другие дети, и у них тоже будет только одно – надежда. Только, вот, на кого?
Седов - нелепый человечек, с неловкими движениями. Его черты – мягче. Его границы - шире. Его кожа – тоньше. Он, этот, как его? – интеллигент.
Седов был. И - пропал. Пропал у нас на глазах. Его загнали в строй и закрасили серым.

Бывает так, что едешь в метро. Задумаешься о чем-то. Или засмотришься на кого-нибудь. И очнешься в момент, когда объявляют «следующую станцию». Ты понимаешь, что если дернуться к двери – можно успеть и не проехать мимо. Секунда: уехать-остаться, а потом… Потом ты никуда не бежишь. Двери, со стуком, захлопываются. Поезд движется дальше, к станции, которая вовсе не нужна. Гложет досада, как совесть. Особенно, если опаздываешь. Потом просыпается серая лень, заставляя – парадоксальным образом – считать, что так, как вышло – вернее и правильнее.

Надежда. Только она! Верить, любить, - не то. Надеяться. Вдруг, помогут? Защитят? Вырвут наружу, где все по-другому? Сам-то, конечно, не полез. И - остался целей. До поры? Ведь, когда прижмет – тогда прорвется! Криком из груди, любовью и верой изо всех пор.
Но вот как спастись, когда сам сер, а защитник задушен?

За окном на подоконнике сидит голубь. Дай мне, птица, ответ! Серая, не дает ответа.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments