July 27th, 2010

Гонка на предельной скорости возбуждённого восприятия. О "Начало"/"Inception".

Подобно тому, как внедрённая идея — незначительная, настолько простая, чтобы вжиться в разум клиента, — поселяется на периферии сознания с последующим «всплытием» на поверхность и превращением в реальные действия, концепция фильма «Начало» разветвлялась в творческих закоулках и уровнях её автора, чтобы в итоге стать плодом долгожданного карт-бланша, кинематографическим катарсисом её создателя, визуальным выражением многочисленных идей, фундаментально основанных на теоретических и эмпирических представлениях о сне и подсознании, почти безупречным обиженно-утвердительным «нет» на мнимый силлогизм современности: «кинематограф умер». И ни у кого не возникло идеи, кроме как у Кристофера Нолана, посадить избитый и страдающий «мейнстрим» на грядку психологизма и элементарных человеческих отношений, чтобы вырастить «венец труда», мастерскую, перфекционную работу, бьющую не только на внешний эффект. И вроде нужно ожидать резко негативной и агрессивной рефлекторной реакции от современного зрителя, строго воспитанного на громких предрассудках относительно способности многобюджетных фильмов нести смысловой багаж, и на незабвенных лейтмотивах «Матрицы» о ирреальном и реальном. Но талантливый художник не прогадал, нарисовав картину, атакующую в самый центр эмоциональной мишени и заставляющую думать и держать все нити повествования в лапах понимания.

Collapse )

«Насилие — один из кинематографических приёмов»(Квентин Тарантино)О "Бешеных псах"/"Reservoir Dogs"

Дебютировав в Голливуде с фильмом «Бешеные псы» (хотя первоначальным дебютом была 36-минутная короткометражка «День рождение лучшего друга», снятая всего за пять тысяч долларов, сценарий которой впоследствии перерос в картину Тони Скота «Настоящая любовь»), Квентин Тарантино тем самым заявил о себе, причем, весьма радикальным способом. Он как бы провозгласил себя, прошумел на всю киноиндустрию, сказал, что вот он я — дерзкий, молодой суперноватор, который покажет всю мощь и весь эффект хронологически развинченного монтажа, отвлеченных и тем не менее интересных диалогов, основополагающего фактора самого фильма, а именно — сценария (причем сам Тарантино считает, что сценарий — главное в кинопроизводстве), эстетезированного насилия (будь то отрезание уха или снятие скальпа). Как впоследствии можно убедиться «Бешеные псы», вышедшие в 1992 году, были лишь разминкой к настоящему раскрытию таланта Квентина Тарантино, потому что картины, авторские картины, которые создавал Квентин после 1992 года, были куда круче и сильнее.

Collapse )