to turn traitor (ex_stonic) wrote in kinoclub,
to turn traitor
ex_stonic
kinoclub

Categories:

Фильм детства из которого на самом деле помниться не так и много
Но это впечатление засело так глубоко и так ярко
Сейчас так много уже всего постиралось, а оно все живет. Живет уже не столько конечно же конкретикой, сколько памятью о памяти, но когда то наверное забудется и она. Но это еще наверное будет не скоро

А пока я помню, как часто бегал в уже разрушающийся кинотеатр около маминой работы и смотрел его целыми днями нон-стоп. В казавшемся тогда громадном зале - целый день в черном зале в малочисленными незнакомыми людьми. Тогда где то в центре уже вовсю шла эпоха видеомагнитофонов и все эти легендарные заграничные фильмы смотрелись и пересматривались и затирались до дыр. А я еще тогда и не знал такого слова, впрочем может быть, из какого то фильма. Может, может быть. В кинотеатрах тогда было мало кого и они уже начинали переставать быть и показывать. Но этот сохранился каким то чудом и до сегодняшнего времени - так беzzумно далеко от дома, наверное в нем еще на старые праздники показывают старые фильмы и на них ходят старые люди и те крупицы, которым интересно все это интересно вне зависимости от ностальгии

Черная роза эмблема печали. Красная роза эмблема любви. Из него несколько кадров - эти трехлитровые банки с чем-то бродившим и начинающие повсеместно распространятся одноразовые медицинские перчатки (тогда их кажется вместе с одноразовыми шприцами слали нам в страну в качестве гуманитарной помощи все кому не лень) надетые на горлышко как индикатор готовности напитка. И большой шкаф в котором хранились все эти банки и кажется это была какая-то коммунальная квартира

Еще от фильма у меня осталась эта фраза: Кто то - конь в пальто
И было еще конечно много всего другого, но сейчас самое яркое вот это

То ли экран и проектор были хилыми, то ли сама картина была так снято, но в голове образ темных неярких малоцветных блеклых кадров и как будто полфильма в каких то потемках

Коммунальная квартира - это что-то такое беzzумно хорошее и такое заманчивое для меня. Именно коммунальная квартира тех лет с теми жильцами. Такая непередаваемая эстетика и что-то завораживающее. Впрочем мне абсолютно неизвестно от том, что же это было доподлинно и как к этому правильнее относиться. Каждый вариант правильный - мой это в стиле Маши Шаховой и ее дачников, тех самых обитателей тех самых раритетных дач и не менее раритетных коммуналок, о которых сейчас ходят легенды

Черная роза эмблема печали. Красная роза эмблема любви - абсолютно неизгладимийшее впечатление. И название даже такое необычное, не то как надо, как должно было быть в рамках старой школы кинематографии. Впрочем это то время когда экран заводнили уже неосоцреализмом. Это когда не нужно было уже строить, когда никому не нужны оказались ударные темпы, когда чужого дяди не стало как будто больше, но по прежнему главный лозунг хватай больше кидай дальше - главное в свою сторону. Когда вроде как теперь каждый сам за себя и каждый только себе. Ужаснейшее время - прекраснейшее время. Рухнул всеминенависный железный занавес и смел за собой все. Все и всех. И это оголтелое варварство с блеском в глазах и полной невменяемостью набросился на этот новый мир, на идеал и начал растаскивать по кусочкам. Как у литвиновской Яи - думай о себе он не думал о тебе, зачем ты думаешь о нем, себе - себе. Правда тогда еще было долго и до страны глухих и до ее героев, должно было пройти немного времени и тогда мы узнали, про нее, а потом узнали, что хоть она конечно же, но нам с нес- к ней явно не по пути. Снова появились путь- правильные-неправильные-едиснтвенно верные, но это уже сейчас разные генеральные линии и послания федеральному собранию. Тогда всех этих ужасов мы не знали и не догадывались о них. Тогда были свои ужасы - никто ничего не знал. Куда теперь, что теперь - что же будет с нами и как теперь все будет. А никто не знал на самом деле. И это время полное хаоса и массового психоза от эйфорийной передозировки всем

всего так много и все новое и все необычное. И все же прекраснейшее было время - прекраснейшее, потому что уже прошло сколько то десятилетий и из памяти скрылось плохое, тем более что мог запомнить маленький ребенок о том времени. Впрочем нет - почему же. Помню, что это было голодное очень время - иногда совсем не было ничего кушать - прекрасно это помню и помню, как сдавали в приемный пункт какие то бутылки, разгружая балкон них было много и они очень выручали и помню особенно голодные леты, когда не было работ, помню папу проезжающего мимо дома, а мы "гуляли" с мамой на балконе и он нам сигналил, а сам все бомбил весь день весь день все день. И все было на учете у нищеты, ни одной лишней копейки. а однажды родителям выдали зарплату только что появившимися только напечатанными новыми бумажными рублями - это было время гиперинфляции и громаднейших долгов по зарплате и тогда мама с папой принесли зарплату в большом мешке, а в нем запаянные в целлофан пачки денег - так много тогда казалось, впрочем в магазин ходили не с отдельными купюрами, а этими самыми пластиковыми кубиками, чтобы хоть что-то купить. И покупали и я не могу сказать, что было несчастное время. У меня с ним только хорошее. Это потом уже и отъелись досыта и наодевались и наобливались чем-то вонючим. Впрочем еще так сильны ведь эти все неосознанные
эти неважночто хватальческие рефлексы
и чтобы подороже, чтобы побагАче
и побольше всего-побольше
А вкуса как не было так он и не появляется из неоткуда - законы сохранения энергия давно перестали быть чисто утилитарными и охватываются все. Вкуса нет, чувства меры нет, та же оголтелость в глазах, непонимание, твердо-узко-лобость, по большому счету та же совковость, но уже в обертке. И нельзя сказать, чтобы обертка была красивой и хорошей, скорее более современная, блестящая, переливающая, такая же пошлая и беzzвкусная - дешевый кич

Смутное было время и по необъяснимой причине настолько любимое мной, настолько завораживающее, сказочное даже. Сам не знаю отчего и почему так. И как в анекдоте а раньше то было уххх, а раньше то было аххх - и трава зеленее и небо голубее. И на самом деле как будто добрее

А с экранов сыпалось другое, но такое знакомое. Этот уже названные неосоцреализм - ну только потому что перестроечный реализм все же ухо как то режет, а неосоцреализм - все знакомое, вот он отскакивающий термин партии о генеральной линии искусства и вот она приставка знакомая больше философам, культурологам и политологом, тем, некоторым, которые есть

Неосоцреализм - это когда теперь можно обо всем и всем. Есть что сказать многим. Каждый конечно же гений, потому что до него об этом никто - и вправду казалось тогда что каждый о своем, каждый уникальный - это потом только они все и сложились в это причудливое слово, которое можно еще обозвать постсоцреализмом - и тоже коряво получится, но смысл все равно остается, человек известной формации и снимает по старому и думает по старому, вот только снимает то, что окружает его, подчас беzzжалостно и даже жестоко, но чаще всего просто беzzдарно. И это громких криков - кино кричит и даже орет - то кино как одна большая сплошная истерика, которую то ли уже лечить все же поздно, то ли просто не обращать внимания. И не зря так много появляется этих новых никому доселе неизвестных режиссеров, а старые, те что правда режиссеры, не политтехнологи системы, а режиссеры все больше молчат и им как бы снимать не о чем. Они ведь тоже люди и они тоже в смятении, но они конечно же умнее и поэтому молчат они смотрят и они много думают, переосмысливают. Кто-то так после этого ничего нам и не сказал - не нашел слов, не хватило времени, ушло его время, быть может, к счастью для него... ушло. А перед глазами у зрителя эти ужаснейшие фильмы ужаснейших сценариев про что то до невозможности бытовое и мещанское, про человека под многодесятилетним игом, покалеченного, поношенного, измельчавшего человека, человека советского, с какими то до слез обидными приземленным ползаньем - за эти годы поколения выросли и им никто не рассказал что раньше летали и полет превратился в атавизм с еще все же не до конца вымершими рефлексами. И вот про все это с экрана показывают эти мужчины, нет, правильнее мужчинки- секс символы - все эти спартаки мишурины, понкратовы черные, красные, белые, какие угодно и так похожие друг на друга с помятыми лицами, с усами и усиками, с чем то отвисшим, обрюзгшим. Дешевая игра, дешевые ужимки. Заунывная музыка - музыка это ведь такая отдельная тема - как же ее описать - нет только слышать, конечно же, не вдаваясь в подробности о ее качестве и хорошести, просто она совсем не такая совсем и не то что было до этого и тем более не то что сейчас, хотя вроде теперь на нее снова мода - и это что-то страшное порой льется из колонок. Из колонок вообще льется страшное, особенно там куда не дотянется радио Эрмитаж или серебряный дождь - там уже просто невозможное что-то невообразимое. Эпоха сменяет эпоху и преемственность на лицо

Впрочем правильно каким еще быть символам того чего не было. Тут все воедино собрались такие для кого то беzzдарные, для кого то самобытные Державин, Щербаков, Понкратов-Черный, Полещук. Это большая пошлость, вычурность, мещанство и низкопробность. Все это конечно же очень личное и абсолютно субъективное и дорогое для того чтобы можно было вспомнить о том времени. То время у меня запомнилось именно так и именно этим. Быть может и не столько от актеров, от времени, от режиссеров, от сценаристов, от пленки и от операторов. Кто знает, впрочем они уже плотно и точно вошли в то время и теперь уже как люди, характерные эпохе - эпохе времени кино неосоцреализма. В котором все так беzzобразно и в то же время так притягательно прекрасно
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments