desyateryk (d_desyateryk) wrote in kinoclub,
desyateryk
d_desyateryk
kinoclub

Скандал с фильмом Ульриха Зайдля «Рай: Вера» на Венецианском фестивале

название колонки: ПОСМОТРИМ, ЧЕМ ЗАКОНЧИТСЯ



На проходящем сейчас в Италии 69-м венецианском кинофестивале разгорелся первый скандал. Против австрийского режиссера Ульриха Зайдля, чей фильм "Рай: Вера" (Paradies: Glaube) участвует в основном конкурсе, подан иск (в прокуратуру Венеции) об оскорблении верующих. Аналогичные обвинения выдвинуты против продюсеров фильма, исполнительницы главной роли Марии Хофштеттер и администрации кинофестиваля. В иске, поданном адвокатом Пьетро Гверини, возглавляющим одну из радикальных католических ассоциаций Италии, говорится: "Режиссер Ульрих Зайдль, актриса Мария Хофштеттер, а также все лица, причастные к производству фильма и его демонстрации… путем демонстрации кощунственных и откровенных сцен нарушили статьи 403 и 404 уголовного кодекса Итальянской Республики (статьи об оскорблении религиозной конфессии "путем глумления над людьми либо злоупотребления предметами" – ДД)».

Австриец Ульрих Зайдль начинал – весьма успешно - как документалист. Именно Венеция утвердила его переход к художественной режиссуре, когда в 2001 году полнометражный игровой дебют Зайдля «Собачья жара» получил Гран-при жюри. Новый фильм "Рай: Вера" (Paradies: Glaube) – вторая часть трилогии «Рай». Первая часть, "Рай: Любовь" (Paradies: Liebe) получила хорошую прессу в Каннах. «Вера» продолжает рассказывать историю обычной австрийской семьи. Если в первой части речь шла о пожилой даме по имени Тереза, уехавшей на каникулы в Африку, чтобы получить свою долю телесных утех от готовых на все ради денег красавцев-аборигенов, то вторая часть – о ее сестре Анне-Марии, которая посвящает свой отпуск миссионерству в охваченной безверием Вене. Внезапно к Анне-Марии после многих лет отсутствия возвращается ее муж, правоверный мусульманин, прикованный к инвалидному креслу. Дома разгорается настоящая религиозная война, столь же страшная, сколь и смешная. Апогеем этого абсурда и становится возмутившая фундаменталистов сцена самоудовлеторения героини с помощью настенного распятия. В одном из интервью Зайдль подчеркнул, что никогда не уклоняется от показа вещей, в которые никто не хочет верить, и от нарушения табу, но при этом не стремится непременно устроить зрителю встряску просто встряски ради.

С последними словами трудно не согласиться. Самые шокирующие сцены у этого режисера всегда художественно оправданы. Зайдлю, как немногим из его коллег, удается сочетать лирику, социальность и межкультурное напряжение; однако главная тема – препарирование мира буржуазии, сколь неторопливое, столь и болезненное. Так было в той же «Собачьей жаре», где Мария Хофштеттер потрясающе сыграла юродивую, скитающуюся по венским предместьям и обреченную стать жертвой благопристойных на первый взгляд граждан. В каждом фильме Зайдль вскрывает сознание обывателя, выводит наружу его страхи и комплексы с документалистской убедительностью, иногда прибегая к провокациям, но не опускаясь до дидактики. В ответ на столь нелицеприятный взгляд буржуазия демонстрирует свое скромное – то есть совсем небольшое – обаяние. Венецианский иск – тому подтверждение.

С другой стороны, у западной буржуазии так заведено, что ни суду, ни прокуратуре никто не вправе командовать, кому и какие приговоры выносить. Даже столь могущественная организация, как Ватикан. Мракобесы, развернувшие травлю Pussy Riot и их сторонников, любят ссылаться на строгость законов в других странах, забывая, правда, уточнить практику применения этих законов. Вот и посмотрим, чем все закончится.

Дмитрий Десятерик
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 3 comments