gordon_lachance (gordon_lachance) wrote in kinoclub,
gordon_lachance
gordon_lachance
kinoclub

Electrick Children | Уже не дети

Electrick-Children

Про мормонов хорошо известно, что они — люди особенные, и живут обособленно в краснокаменном междугорье пыльного штата Юта, придерживаясь странного уклада, завещанного им давними предками управляя семейными общинами с множеством чад от одной или нескольких жён, несущих крест верности вере и чистоте Христовой любви.

Ребекка Томас нашла ещё одно чудачество для жизнеописания этих необычных людей, как оказалось, исповедующих своих взрослых детей, записывая их признания с помощью магнитофонных лент, оставляющих неизгладимый след в истории дома и его обитателей, связанных вечным обетом и строгим порядком, от которого, даже хочешь, но не сможешь так просто уйти.

Но, как известно, то, что без греха, называется чудом. Так и здесь фантастический сценарий выдаёт невероятнейший случай, когда праведница понесла, не переспав с мужчиной, став жертвой позора и объектом отцовского гнева, скорого на решения и сурового на разбор. Впрочем, нам и без расследования уже ясно, что второй жертвой гнева падёт честолюбивый братишка сестрёнки, которых в неудобном месте не вовремя рассмотрела пришедшая мать.

Сумбурный сценарий опережает события, позволяя желающим заглядывать далеко наперёд, справедливо подозревая нечистое в вечернем рассказе о красном мустанге, который неосторожно поведала своим девочкам добрая мать, когда иллюстрацией слов была многозначительная картина с намёком на порочность и кого-то ещё.

Кино, конечно у режиссёра получилось путаное и отрывистое, с таинственностью и небольшой загадкой, нет, не о непорочном зачатии, а о корнях и происхождении, линии жизни и самоопределении, приходящемся на многие встречи, к которым приводит вынужденное бегство наивной девушки и её искушённого брата, обоих за правдой, но каждого — за своей.

Нелепая догадка сестрички отвергает грязный навет, связывая внезапную беременность с прослушанной тайком кассетой рокера, голосом которого, как она думала, ей надуло в живот, как Марии от духа святого, но в такое зачатие не поверит даже святой. Девушка же, сбегая от навязанного брака, мчит на поиски отца чуда, поскольку не сомневается, что это именно так.

Со времён «Титаника» это первая картина, где мне на глаза снова попался харизматичнейший Билли Зейн с вкрадчивым голосом благоверного, стоящего на страже и не дающего этой вере упасть. И это первый случай для пристального взгляда на девушку, которую я до сих пор не видал, ибо Джулия Гарнер приковывает к себе взгляд, заставляя прислушиваться, предвкушая её будущее, где, без сомнения, у неё будет много великих дел.

Нечастыми гостями экрана сопровождают главную героиню Лайм Эйкен, харизматичный мальчик из «Лемони Сникет» и на сегодня лучший из братьев Калкиных — луноликий Рори с иисусовыми локонами до плеч.

Куда бежит залетная девица? Ближе всего оказался наэлектризованный Вегас — центр соблазнов и порока: где же ещё искать «святой дух»? Лучшее место, чтобы встретить Клайда (Калкин), прячущегося от богатства и познакомившегося со старухой — тюрьмой. Почто увязался в попутчики мистер Уилл (Эйкен) — святоше надо отмыться, найдя живое воплощение святого духа, дабы стать преемником своего земного отца.

Тут сложно говорить о глубине, поскольку картина целиком ориентирована на эмоции, как и сам эмоциональный стиль режиссёра, занятого не игрой гормонов, а взаимодействием соприкасающихся душ и прикасающегося к ним города, первых встречных и почему-то добрых людей, готовых выслушать и принять отверженного, а отверженному стать другом среди своих.

Песня со старой кассеты, что путеводная нить, ведёт и манит за собой, обещая открытия, пока пятнадцатилетняя Рэйчел впитывает окружающие её свет и звук, всматриваясь в наливающиеся слезами глаза отшельника — Клайда, распахнувшего душу, поверив в искренность её честных слов. А несчастного мистера Уилла этот свет бьёт в глаза, а город ломает руки, выворачивая лекарственной химией его гниленькое нутро. Все они идут к выбору, как и лента, что, не переставая удивлять, сворачивается к концу.

А финал проходит в ощущении захлёстывавших режиссёра чувств в неимоверном стремлении к прекрасному, радостному и счастливому, для всех и каждого, своих и чужих, позволяющем снисходительно принять несуразность множества сцен, наполненных живой силой молодых исполнителей, обративших женскую фантазию в явление честных мучеников и неподдельных святых.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment