desyateryk (d_desyateryk) wrote in kinoclub,
desyateryk
d_desyateryk
kinoclub

«Матери» / Majki (Милчо Манчевский, Македония, 2011)

название рецензии: МАМА, ЛОЖЬ И КИНОКАМЕРА


(увы, где скачать – не знаю)

«Матери» Манчевского начинаются с недоразумения, почти с анекдота.
Комичный малый, сидя в кафе, с весенним блаженством на лице наблюдает за компанией девятилетних школьниц, которые в свою очередь обсуждают недавнее появление маньяка-эксгибициониста. Идти в полицию вызываются лишь две девочки, и то, чтобы прогулять уроки. В конце концов, в участок приводят зеваку из кафе, а за прогульщицами приходит мать одной из них. Пойман ли реальный перверт или проказницы просто оклеветали беднягу - остается неизвестным.

По преимуществу фильм Манчевского решен традиционно: это та усредненная режиссерская манера, равно приветствуемая и на европейских фестивалях, и на европейском же телевидении. Отработанные шутки, гладко играющие актеры, устоявшиеся еще со времен первых успехов Кустурицы разновозрастные типажи. Все это, с изрядным добавлением мелодраматизма и фольклорной экзотики, есть и во втором эпизоде – о трио документалистов (режиссер, красавица-ассистент Ана, звукооператор, тайно влюбленный в ассистента), приехавших в заброшенное село, чтобы снять житье старика и старухи, ветхих брата и сестры, уже 15 лет друг с другом не разговаривающих.

Однако третья часть – явно и ярко диссонирующая с предыдущими – выводит фильм на иной уровень.

20 июня 2008 года полиция Македонии задержала журналиста местной "Утренней газеты" Владо Танеского по обвинению в убийствах нескольких пожилых женщин в районе города Кичево, совершенных в последние несколько месяцев.

Правоохранительные органы заявили, что имеют неоспоримые доказательства причастности мужчины к убийствам трех женщин от 55 до 70 лет. Перед смертью все жертвы подвергались жестокому насилию.

Как стало вскоре известно, Танеский сам несколько раз передавал в свою газету, а также в ряд электронных изданий репортажи из Кичево об убийствах и о деталях расследования. Перед этим преступления в Кичево ошибочно пытались приписать двоим рецидивистам.

Завершающая часть «Матерей» и представляет собой документальный репортаж о том деле – начиная от первого убийства до загадочной смерти Танеского в тюрьме. Также реконструирован психологический профиль убийцы: причины того, что он сделал, коренятся в его детстве.

Итак, в «Матерях» Манчевский вновь использует трехсоставную структуру, принесшую ему успех в «Перед дождем» («Золотой лев» и приз ФИПРЕССИ в Венеции, 1994). Первая и третья части имеют ряд общих мотивов – перверсия, расследование, сомнительное обвинение, но в целом внутренние связи еще более произвольны, чем раньше: эпизоды различаются в настроении и в жанровой принадлежности, действие проходит в разных местах.

При этом главный герой, сквозной персонаж - не в немалой степени условная фигура матери, но человек с камерой. Его странную антропологию Манчевский и пытается исследовать.

Каждый сюжет «Матерей» в той или иной степени удостоверяется камерой. В первой части, пока полицейские решают, что делать с путаными показаниями детей, подружки развлекаются тем, что снимают себя на мобильные телефоны.

Потом - новелла о съемках документального фильма.

Наконец, люди снимающие удалены из кадра, точнее, растворены в репортаже, каковой, согласно с социокультурными предписаниями, претендует на максимальную объективность. Здесь зритель делит с автором один смысловой ракурс, погружается в медийное пространство, манипулирующее понятиями истины и лжи в масштабах, перед которыми предполагаемое вранье детишек из первого фрагмента кажется милой шуткой. В некотором роде жуткая история убийств в Кичево создана СМИ.

На пресс-конференции после премьеры фильма в Берлине режиссер сказал, что «Матери» – о сути правды, хочется лишь уточнить: о сути правды на экране. В первой части кино развлекает (отвлекает – обманывает обыденным прологом), во второй – рефлексирует на тему манипуляции, в третьей – показывает чудовищную власть манипулятивных механизмов. У Манчевского получилось диалектически точное исследование взаимодействия реальности объективной и реальности кинематографической природы.

Но почему «Матери»?

Мать в первом эпизоде комична. Во втором центральные характеры - старушка, так и не ставшая матерью, и юная Ана, готовящаяся родить. В третьем случае речь о женщинах, убитых именно за то, что они матери. Материнство как анекдотическая морока, как потенция – уже угасшая или еще не реализованная, как объект извращенного желания и в итоге как проклятие. Для понимания фильма, впрочем, важно то, что материнство – непреложный, нефальсифицируемый факт.

Мать - источник одной безусловной реальности, реальности будущей, становящейся жизни. Порождающее свойство камеры парадоксальным образом устремлено в прошлое: кадр – это всегда о прошлом, о том, что уже произошло, о том, «как люди жили когда-то» - фраза документалиста из второй части.

Будущее материнства и прошлое съемки встречаются в фильме, в точке киноправды, пусть по-авторски субъективной.
Это пересечение глубоко трагично: камера, как и смерть, разделяет. Каждая мать в конце концов остается в одиночестве; и суть правды – выбор одиноких.

Дмитрий Десятерик
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments