shraibman (shraibman) wrote in kinoclub,
shraibman
shraibman
kinoclub

Грустный еврейский гений






О, я хочу безумно жить:
Всё сущее - увековечить,
Безличное - вочеловечить,
Несбывшееся - воплотить!
А.Блок

Улетающий в черную дыру сперматозоид  в ужасе: "боже, боже, а если он гомосексуалист?  А если он  мастурбирует, что тогда? И какие они, яйцеклетки, их вообще кто-нибудь видел? А если..." 
Но отступать уже невозможно, да и некуда. 

...Дух гениальности, покинувший живопись и литературу, все еще обитает в кинематографе - единственном виде искусств, все еще доступном жителям планеты. По странной прихоти этот дух вселился в невзрачного человечка с офигительными глазами. Посмотрите в глаза Вуди, когда он на сцене.  Вы утоните в этой мягкой глубине,  как тонут в ней уже 40 лет лучшие актрисы Голливуда.

Вуди Аллен банален. Он, хотя и умеет хорошо острить,  никогда не мог бы претендовать на оригинальность идеи, за исключением, быть может, единственной по настоящему оригинальной и от того стоящей особняком киноленты - Зелиг. 

Смерть и любовь - что может быть банальнее? Бесконечные романы, интриги и интрижки, пополам с плохо скрываемым или не скрываемым страхом смерти. А то мы не знали, что нет ничего сильнее и красивее, чем страсть. Что только она наполняет смыслом убогое существование. Что вселенная, знаете ли, не статична, и самые возвышенные чувства, вместе с не очень возвышенными, гаснут и тускнеют. Что когда они гаснут и тускнеют, не остается ничего, кроме страха смерти и пустоты бессмысленного существования.  Все это известно со времен первых людей.  Но отчего же тогда не скучно и не пошло?

Вуди честен. Посмотрите на него и увидите себя.  Собственную жизнь, раздробленную на фрагменты,эпизоды, новеллы, кинематографически отображенную.  Он, может быть, и не погружается сильно глубоко в натуралистические подробности (да и зачем, он же не Бруно какой-нибудь), но он не  брезглив.
Гениальность Вуди в умении отполировать зеркало, показав вам то, о чем вы всегда знали, но боялись спросить.  

Еврейский гений - самая далекая от еврейства вещь на свете. Он универсален. Он - ни что иное, как попытка, вырвавшись из мира бруклинских синагог,  в которых деловые люди обсуждают кошерность очередных сделок, достичь всеобщего. Вот почему он всегда будет смеяться над пошлостью. И всегда будет грустить из-за невозможности вырваться за ее пределы.

И когда-нибудь,благодаря ему, невозможное станет возможным.
 

   
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 10 comments