Счастливый Прокрусто (prkrust) wrote in kinoclub,
Счастливый Прокрусто
prkrust
kinoclub

"Игры мотыльков" (реж. А.Прошкин)

Кое-что о новом российском фильме Андрея Прошкина (сына Александра Прошкина) «Игры мотыльков».
Главную партию здесь ведет Алексей Чадов, не так давно блестяще дебютировавший в фильме «Война» Балабанова. Здесь он уже предстает в образе шестнадцатилетнего рок-певца из далекой глубинки. Говоря об этом очень условном, нарочито стилизованном под перестроечное кино фильме, интересно было бы попытаться объяснить эффект актерской игры.

Удержание эффекта
Апелляция к некой индивидуальной харизме всегда спорна, поскольку влечет ряд определений, имеющих характер тавтологии. Стоило бы избегать звучных эпитетов, тем более, что дело пока идет лишь о попытке осмысления феномена, а не претензии проникнуть в суть вещей. Ведь не самой же своей природой тот или иной актер предназначен к исполнению главных ролей! Только по инерции мы склонны видеть в экранном образе «прирожденного убийцы» проекцию свойств конкретной личности (natural born to…).

Как бы там ни было, Алексей преуспел в создании необыкновенно привлекательного образа современного безвестного пассионария, простого-русского-парня, «одного из нас» (вспоминается одноименный советский фильм с Юматовым). Здесь нет ничего от пафосной назидательности и искусственности 1-го и 2-го «Братьев». Это не очередной боевой трансформер плюшевого медвежонка a la Данила Багров, как ошибочно посчитали многие после выхода фильма «Война». Алексей Чадов – актер настоящий.
Обладающий кожей и нервами.

Персонаж в аутентичном актерском исполнении является выразителем существа дела, средоточием зрительского интереса не благодаря, а подчас именно вопреки ситуации, в которой оказался, вопреки своей активности или бездействию. Он все равно предстает в наших глазах героем, независимо от своей способности к поступку, или наоборот, полной несостоятельности.
В таком случае недостаточно будет привычно интерпретировать игру актера как одно из выразительных средств для реализации поставленных в фильме целей, надо чтобы и сам фильм со всеми его сюжетными перипетиями, приемами и режиссерскими находками рассматривался бы как условие в достижении необходимого градуса актерской игры. Можно говорить о резонансе, зеркальном усилении эффекта, достигаемого одновременно режиссерским и актерским участием, о некоем радикальном совпадении, или «предустановленной гармонии» в творчестве того и другого.

Условия жанра
В данном случае Прошкин в очередной раз задействует приемы так называемого подросткового кино (фильм снят по повести Владимира Железникова «Чучело 2»). Жанр особый, вызывающий определенные трудности, но и представляющий открытое поле возможностей для реализации темы главного героя, как человека во всех смыслах стоящего на перепутье. Для которого верна пословица: «Четыре воли в чистом поле: Ходь туда – хоть сюда, хоть инаково». Шестнадцатилетний – это аутентичный герой. Его еще нельзя свести до социальной роли. «Он живет по законам другим и ему умирать молодым…». Это человек в центре мироздания. В его образе в большей мере отразится противоборство стихий и космические метаморфозы, чем нечто социально-актуальное, как то: приверженность рок-н-ролу, стиль «поколения пепси», провинциальные комплексы и т.п.
Возможно, не случайно атрибуты подросткового кино здесь носят несколько бутафорский характер (танцы, пьянки, разборки с участковым, детский любовный треугольник…) и оставляют отчетливое ощущение несвоевременности всего происходящего. Присутствие в фильме вечно молодого «Шнура» (известного исполнителя Шнурова), чьи песни поет главный герой, тоже не добавляет ясности.

Кроме того, с большой долей уверенности можно предположить, что данный фильм многими будет отнесен на баланс «чернухи». По своей стилистике фильм действительно дает повод для подобной трактовки. Но при ближайшем рассмотрении становится очевидно, что многое здесь носит черты условности. Специально для таких фильмов, возможно, стоило бы ввести новый термин: «квази-чернушное кино». К примеру, это когда много пьют - но за весь фильм ни разу не метарятся. В отсутствии «физиологического реализма», характерного для фильмов вроде «Маленькой Веры», такие знаковые темы, как «нездоровый быт», «безысходность», «трудный возраст», намечаются эскизно, это всего лишь декорации, представление одного из возможных миров…

Два слова о сюжете
Общая формула для прежнего подросткового кино, взыскующего «морали» и, как правило, выдержанного в назидательной интонации: это когда герой, впервые в жизни поставленный в критическую ситуацию, делает вопреки всему трудный, но единственно правильный выбор (потому он и герой). Точка. Иной раз впору уже в адрес самого режиссера произнести сакраментальное: «не верю!»
Принципиально новое «достижение» перестроечного кинематографа, начиная наверное с «Чучела», - это отрицание торжества разума и справедливости. Исключение благополучной развязки. Детский кинематограф как бы внезапно «взрослеет»… А на самом деле здесь как раз стоило бы говорить о «трудном возрасте». Главная проблема в несообразностях стиля: когда происходит нарочитое и незаконное смещение критериев социальной драмы в сторону трагедии. И это при мелкорельефности и ничтожности предъявляемых к самой реальности претензий. (- Кругом вранье, грязь и коррупция!..)
И наконец, рассматриваемый фильм дает приблизительное понимание того, с чем мы имеем дело сегодня. В данном случае режиссеру, который, следуя диктату жанра, хотя и вынужден нагнетать атмосферу безысходности, строить повествование по принципу «чем дальше, тем хуже», все же удалось избежать ненужной надрывности… И не то чтобы режиссер, как можно заподозрить, в силу молодости лет или оторванности от жизни не совсем еще хорошо представлял себе, как на самом деле ведут себя люди в ситуации, наподобие той, что показана в фильме… Скорее, возникает впечатление, что герои фильма как бы стеснены тривиальностью сюжета, которую соответственно изнутри пытаются преодолеть.

Молодой рокер, прирожденный лидер, душа компании приглашен на конкурс в Москву. Вечером накануне из куража компания угоняет машину, на которой случайно сбивает пожилого человека. Последовавшая неудача на конкурсе - не самое худшее. Главное, как теперь не довести дело до суда…
За этим следует разлад в отношениях с матерью, друзьями… Причина внутреннего надлома героя, уже вернувшегося после отсидки, не лежит на поверхности, и, кажется, надлом этот возникает не на почве пережитого. Трудно сказать… Видимо, момент усиления дисгармонии в ситуации, когда, какзалось бы, все только вошло в нормальное русло, нужен режиссеру для констатации того, что в совокупности своих целей, мотивов, оставленных начинаний человек всегда сложнее, чем наши представления о нем... Впрочем, заканчивается фильм, если и не хепи эндом, то все-таки на оптимистической ноте.

В заключение
Нельзя не отметить блистательное исполнение пока малоизвестной актрисой Марией Звонаревой («Трио») роли матери главного героя. Женщины, так сказать, с «шаткими моральными устоями», пытающейся выкупить сына, соблазнив всех, кого только можно. Актриса настолько очаровательна в своем образе снисходительной к мужчинам независимой молодой женщины, самоотверженно любящей сына, что не просто заставляет зрителя симпатизировать своему персонажу, но, кажется, способна ввести нас в почти медитатичное состояние: являя подлинное откровение о причудливости и неоднозначности путей, которыми мы идем по жизни…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments